Сегодня мы продолжаем наш разговор с Вадимом Даниловым, одним из администраторов группы в соцсети «ВКонтакте» «Череповец. Ностальгия. Живая история Череповца». Часть истории его семьи — большой деревянный дом на улице Дзержинского.
Четыре печи и подушки горкой
В семейном архиве у Вадима более трех тысяч фотографий. Это портретные снимки родных, виды города. Один из них нас особенно заинтересовал: деревянный дом на улице Дзержинского, 10 (сейчас на этом месте здание «Русского бисквита»). Как оказалось, это был дом с большой историей.
— В детстве я много времени проводил у бабушки с дедушкой — Анны Федоровны и Бориса Васильевича Фокиных — в доме на углу улиц Дзержинского и К. Либкнехта. На улице Дзержинского дом числился под номером 10, на К. Либкнехта, — под номером 21, — рассказывает Вадим, глядя на фотографию. — Это был большой деревянный дом с четырьмя печами, одна из них, русская, стояла на кухне. Бабушка пекла в ней пироги с рыбой, грибами, ягодами. Я любил сладкие — с черникой, брусникой, малиной. В доме были зал, две спальни, столовая, кухня, чулан, чердак, огромный сарай, просторный двор, огород, колодец. Из него воду брали только на полив. А за питьевой я бегал на колонку, недалеко от дома. Рядом с колонкой были агитплощадка и гостиница «Коммунальная» (Советский проспект, 15).
Помню кровать с металлической сеткой и набалдашниками на спинке. Подушки горкой, покрытые накидкой, оттоманка (кушетка), на которой я спал, трофейные открытки на стене, чайный гриб в банке на окошке, фикус в кадке. Самовар, кусковой сахар, у меня с трудом получалось колоть его щипцами. А еще две керосиновые плитки на кухне. На них готовили и разогревали еду. Иногда бабушка посылала меня в «Керосинку» на Ленина за керосином, снабдив бидончиком с узким горлышком, самодельным, наверное.
«Вставай, папа с войны вернулся»
Как вспоминает наш собеседник, Фокины еще до революции купили этот дом у мещанки — Скосырева Анна Ильинична в этом доме проживала и здесь же держала «Мастерскую золотых и серебряных дел». В деревянном доме по соседству (Дзержинского, 6) в послевоенные годы был детский сад. Его Вадим не застал. Но на его памяти этот дом уже был разделен на две половины, в одной из них жила семья. В сарае держали лошадей, птицу, поросят.
Листаем альбом. Вот еще одна фотография.
— 1937 год. Во дворе дома № 10 на улице Дзержинского. Это мои бабушка и дедушка — Анна Федоровна и Борис Васильевич. Полгода как поженились, — говорит Вадим Станиславович. — Дедушка ушел на фронт в самом начале войны, несмотря на то, что был сыном «врага народа». Приведу мамины воспоминания про то, как ее папа (мой дед) пришел с вой-ны. «Мама разбудила меня ночью. Вставай, говорит, папа с войны вернулся. Папа сидел в столовой. Помню, как он посадил меня на колени, а я очень стеснялась. А потом он мне дал кусок хлеба со сгущенкой. Запомнилось на всю жизнь».
Как рассказывает Вадим, дедушка ушел на фронт в конце июня 1941 года, а мама родилась 15 июля 1941-го.
Дедушка служил в 13-м Отдельном дорожно-эксплуатационном батальоне 19-й армии. Дошел до Германии. На фронте пригодились его навыки фотографа. Медалью «За боевые заслуги» была отмечена его работа по изготовлению указателей направления дорог и названий населенных пунктов в Померании.
— Дедушка умер в 1972 году, буквально у меня на глазах. Мне было пять лет, но этот момент отпечатался в памяти на всю жизнь, — вспоминает Вадим Данилов. — После его смерти бабушке трудно было управлять хозяйством и треть дома она продала.
А вот и еще один из рассказов о военном времени — из воспоминаний мамы и бабушки Вадима.
— Наш огород соседствовал с территорией хлебозавода, что находился на Дзержинского, 4. Разделял их достаточно высокий забор с колючей проволокой поверху. Мама вспоминала, что году так в 1944–1945-м через этот забор в наш огород перебрасывали буханки хлеба. И вечером, не стесняясь, во двор заходили какие-то люди, шли в огород и забирали их. Видно, работники хлебозавода так воровали хлеб. Однажды зимой мама (ей было четыре года) увидела углубление в снегу, достала оттуда буханку черного хлеба и принесла домой. Как же ее отругала за это моя бабушка! Быстрее отнесли и положили обратно. Война еще не закончилась. Можно было и по закону военного времени ответить.
На другом фото — еще один красноречивый эпизод жизни дома № 10 на улице Дзержинского. Август 1959 года.
— Это дядя Миша, муж сестры моей бабушки, сидит в машине, точнее в мотоколяске. Он ее получил как фронтовик, инвалид Великой Отечественной войны, участник Сталинградской битвы. После ранения ему ампутировали ногу, — продолжает наш собеседник. — Гаража у него пока не было, вот и ставили машину в нашем дворе, благо дом и двор были частные.
Ждем ваши фотоистории
Для нас важно сохранить историческую память о Череповце и передать ее будущим поколениям.
С этой целью мы совместно с АНО СКП «Вместе» и газетой «Голос Череповца» (12+) ведем проект «Череповечность. Город и люди». Он стал одним из победителей грантового конкурса «Творчество регионов» Благотворительного фонда «Доброта Севера» в партнерстве с АНО «Среда» и при поддержке компании «Северсталь».
Вместе с вами мы собираем и публикуем воспоминания и фотографии Череповца XX — первой четверти ХХI века. Звоните нам по телефону в Череповце 57-38-44, приносите письма и фотокарточки в «Издательский дом «Череповецъ» на ул. Металлургов, 14а, пишите электронные письма на почту главного редактора y.bochkareva@35media.ru.
При написании статьи были использованы материалы из книги Александра Зельцера «Мы из XX века. Воспоминания жителей Череповецкого края о политических репрессиях».
Татьяна Ковачева, Юлия Бочкарева
Фото из архива Вадима Данилова
