Анна Бойцова умеет играть на исконно русских музыкальных инструментах - гуслях и балалайке.
Фото: Вадим Савин
Анна, расскажите о себе.
Я родилась и выросла в Устюжне. После окончания школы поступила в Череповецкое училище искусств и художественных ремесел имени В.В. Верещагина. Училась на фольклорном отделении (сольное и хоровое народное пение). Такой выбор был сделан неслучайно: еще в школе я посещала занятия по народному театру, ходила в вокальную студию. Сейчас я занимаюсь сказительным ремеслом, пою, провожу фольклорные посиделки, на которых делюсь с людьми живыми сказками и традиционными песнями. Эти песни пели когда-то наши бабушки и дедушки. Параллельно веду занятия по фольклорному искусству в Устюженской детской школе искусств имени В.У. Сипягиной-Лилиенфельд. При школе у нас есть детский фольклорный ансамбль. Словом, стараюсь совмещать педагогическую деятельность с концертной.
Почему именно народное творчество так запало в душу вам, современной девушке?
Любовь к традиционной культуре появилась еще в студенческие годы, благодаря моим талантливым педагогам, которые приоткрыли мне дверь в мир традиционной песни. А вот любовь к Русскому Северу появилась не так давно, около двух лет назад, это и перевернуло мою жизнь. В 2025 году я впервые побывала в северной глубинке – в деревне Большой Бор Онежского района Архангельской области. Пела и сказывала сказки там. Меня поразила природа, поморские избы, чистота снега и льда, северное сияние и крупные яркие звезды на ночном небе.
Большое влияние на меня оказало знакомство с известным сказителем Александром Маточкиным. Я много раз посещала его встречи, слушала, как он поет, сказывает былины и сказки. Мне понравился его подход к делу. Можно сказать, что именно тогда у меня внутри загорелся огонек. Так же сильно на меня повлияло творчество Бориса Викторовича Шергина. Я считаю его своим учителем, а его книги стали моей настольной литературой. Читала его дневниковые записи и все больше проникалась любовью к Русскому Северу, слову, песне. В целом я много читала и изучала жизненные пути разных сказителей XIX века – все это очень интересно, объемно.
Зрители внимательно слушают сказительницу на встрече в купеческом доме "Пеньков Посад".
Что самое удивительное вы узнаете, изучая народное творчество?
Во-первых, устаревшие слова. Некоторых из них сегодня не найти даже в словарях. Тут приходится включать свою логику, опираясь на сюжет сказки, или советоваться со специалистами в области филологии. Во-вторых, сам диалект и манера исполнителей. В одном регионе говорят так, в другом иначе. Когда берешься учить сказку, все это нужно учитывать.
Иногда поражают и сюжеты сказок, особенно развязка. Мы привыкли, что сказка почти всегда заканчивается хорошо, добро побеждает зло, а вот в архаичных вариантах это не всегда так: часто кого-то съедают, кто-то страдает, теряется и не находится и так далее.
К сожалению, со временем все уходит. Старые сказки сейчас уже практически невозможно записать. Но сохранилось много полевых (сделанных в деревне в процессе фольклорной экспедиции) записей 1980 - 1990-х годов. Это уже жемчужины, вот мы и стараемся бережно сохранить это наследие и передать его людям.
Есть ли у вас любимые сказки?
Когда учишь ту или иную сказку, она уже сама по себе как-то становится родной, любимой. Приведу несколько сказок, которые чаще всего рассказываю людям. Наверное, многие помнят сказку «Лиса и волк», где лиса обманула доверчивого волка, а он отморозил себе хвост. По ней в советские годы был снят мультфильм.
Оказалось, что сказка с таким же сюжетом была записана в Тарногском районе, в деревне Старый Двор от местного жителя Якова Ананьевича Горынцева. Чем мне нравится эта история? Сюжет сказки очень богатый, живой. Интересно представлены герои, особенно их речь, манера общаться – забавно наблюдать, как животные выступают в роли людей.
Еще я часто сказываю слушателям сказку про Морозко, она была записана в Архангельской области, в деревне Нюхча Пинежского района. Наверняка все смотрели сказку «Морозко» Александра Роу, помню, как я в детстве ждала, когда ее снова покажут по телевизору. Правда, сюжет архаичной сказки сильно отличается от сценария картины Роу. В начальном варианте родная дочь мачехи замерзает и умирает, а неродная уезжает из леса с сундуком нарядов. Ну и, конечно, я могу назвать в числе любимых сказки Бориса Шергина, мне нравятся они за веселый сюжет.
Получается, в основу известного мультфильма про лису и волка легла сказка из вологодской глубинки?
Сложно сказать однозначно. Сказка про лису и волка была записана школой традиционной народной культуры Вологды в Тарногском районе примерно в 80-е годы. Но сказок с похожим сюжетом было много, в том числе была такая сказка записана и в Архангельской области. Мне кажется, для мультфильма был взят уже обобщенный сюжет.
Какие именно «сказочные» слова, значение которых нам сегодня можно только угадывать, вы можете назвать?
Например, слово «яшкивает», которое было в архангельской сказке «Морозко». Возможно, оно произошло от слова «ячать», то есть кричать, кликать. Часто употреблялось при описании лебединого или журавлиного крика. Или слово «сграбился» (поймал, схватил) в сказках Шергина. Или «поцёкала», «набрала» (с ударением на последний слог), то есть наругала, – слова из сказок Кичменгско-Городецкого района.
После Рождества наступали Святки, особенное время. Можете поделиться, как их отмечали в старину на Вологодчине?
Везде были свои традиции. Например, у нас в Устюженском районе на Святки было принято печь специальный хлеб - колоб. Им одаривали колядовщиков. Его пекли заранее и ждали, когда придут «петь коляду». В Рождество ходили христославы со звездой и пели тропарь, за что, как и колядовщики, получали вкусное вознаграждение. Также в Святки ходили ряженые. Рядились в медведей, лошадей, цыган, наряжались даже в… покойников – да, было и такое.
Девушки в Святки гадали, в основном на будущего мужа. Гадали на колечках, спичках, петухе, холсте, вениках, свечах. При этом пели специальные песни, которые называются «подблюдные». Вообще Святки раньше проходили очень весело. Устраивались игрища, на которых молодежь пела, плясала, играла. Часто парни на таких игрищах засматривали себе невест.
В целом Святки можно поделить на две части: святые вечера и страшные. На святых вечерах ходили колядовать, пели христославия, а на страшных – гадали и рядились. Также был обычай устраивать различные «бесчинства». Допустим, могли сани заворотить на крышу дома, облить на морозе крыльцо водой, докучать стуками в дверь. Такие действия были своего рода развлечением молодежи.
Марина Алексеева
